Kuroshitsuji: The story of two kings

Объявление

http://darktimes.6bb.ru/

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Kuroshitsuji: The story of two kings » Внесюжетный эпизод » After dark (NC-17)


After dark (NC-17)

Сообщений 1 страница 16 из 16

1

Участники:  Ciel Phantomhive, Sebastian Michaelis
Время, погода: Время за полночь, погода: сухо, не ветренно, без осадков.
Описание сюжета: Сиэль - новородившийся демон, проклятие Себастьяна и пожизненный его надзиратель, хозяин, господин. Кому будет приятно служить вечность? Тем более, что Михаэлис, кажется, навсегда потерял драгоценную душу. Пытается ли он отыскать в этом новом существе отголоски своего Фантомхайва или же это глупые попытки успеть ухвать хоть что-то? Отъезд из поместья и предвкушение чего-то нового, но далеко не самого прекрасного о чем мог бы мечтать демон. Для Сиэля же это легкое прощание с тем, что у него было...

0

2

Был котенок - станет рысь. Мягко стелят, жестко спать (с)

Поместье всегда навевало ему тягу к прошлому, где сплелись хрупкие детали настоящего и смутные воспоминания о том, что пережито. Да, это состояние больше никак не передать. Он точно чувствует себя мертывецом, который разделяет с живыми землю, и это, без сомнения, не правильно. Только принятое решение об отъезде в неизвестно совершенно по другой причине.
Прошлое может навевать разные вещи, может не отпускать, будет зудить и будить по ночам, но оно не сможет держать вечно. Тем более, Сиэль не был тем человеком раньше, когда прошлое было чем-то значимым для него. Многие, может быть сказали бы обратное, но это не совсем так. Он хватался лишь за настоящее, а все его настоящее в последние годы - ассорти из боли и ненависти. И, кажется, что ничего вокруг себя не замечал, просыпался с первыми лучами солнца, увлеченный новыми делами. Жалкая жизнь, жалкое прошлое, которое давало ему пищу для ума, смысл выживать. Когда все позади, за что хвататься? Он отомстил всем, отправил в мир иной и было бы несправедливо задерживаться самому.
Он устал. Очень устал от той дороги, которую прошел и теперь хочет покоя. И пусть все не так, как хотелось многим, хотелось, в том числе, ему, но и новую реальность он принял со всей серьезностью. Улыбки не видно на все еще юном, уже вечно юном, лице. Бледная кожа стала еще бледнее. Под черными перчатками не видно почерневших ногтей и только не многие замечают, как меняется цвет его глаз. Не многие заметили, что с ним вообще что-то не так. Привычный чай утром, привычное "доброе утро, господин", но уже что-то не так. То, что он желал отпустить наконец-то отпущено, но вот ушло и то, чего он терять не хотел.
Выиграл? Да, без сомнения, но победа эта лишь отголосками смахивает на желанное. Себастьян с ним, он жив, он ходит и дышит, что еще нужно для его счастья? Только вот верный дворецкий уже совсем не тот демон с лживой, но невероятно теплой, вежливостью и нежностью.
Эта нежность нужна ему и сейчас. Нужна, потому что привык, а не потому что тонкая кожа требует прикосновений. Наверное, это такая особая болезнь - зависимость от кого-то. Фантомхайв никогда не исключал, что зависим. Страх одиночества завел его в тупик, завел в тупик и того, кому он подобной участи не желал. Но об этом никто не узнает, он никогда не скажет все это вслух.
Последние приготовления к отъеду уже готовы. Он садится в карету, провожает глазами поместье, которое скрывается за холмом. Извилистая дорога уходит куда-то вниз, словно в сам ад. Кони бегут ровно, они не меняют скорость. Фантомхайв отпускает всякие мысли, отводит глаза от знакомых мест и понимает, что ничего не чувствует. На секунду его напугало это, но чувства, что он должен испытывать сам юноша заметил в глазах Себастьяна.
Грусть, печаль, сожаление. Как человек.
- И каковы наши планы? - Спросил сухо Сиэль, непрерывно наблюдая за своим слугой.
Но, какие планы. Вечность, пустота, но не одиночество. Он хотел бы улыбнуться и порадоваться хотя бы этому, но, увы, не может. Пугается ли что-то живое в нем или все живое покинуло грудь? А сердце еще бьется, настукивает набат.
Ты жив и вовсе не один...
А в голове почему-то крутилось лишь смутное: "Сайонара, Сиэль. Requiescat in pace. Покойся с миром".

0

3

Бывают такие моменты, когда жизнь делится на "до" и "после". Как правило, такое случается лишь раз в жизни, за редчайшим исключением. И естественно, в эти времена все переворачивается с ног на голову... А когда срок твоей жизни исчисляется тысячелетиями, и вдруг - "Быдыдыщ!" - знаете ли, это выбивает из привычной, заезженной, но такой родной колеи. Еще перу дней назад он был вольным, свободным (до определенной степени, конечно же) демоном, а сейчас...
"Как же низко ты пал, Себастьян Микаэлис."
Ниже некуда.
В один момент тебя лишают всего - цели в жизни для ближайшего будущего, чести и достоинства, свободы, наконец... Это как если бы Вам в голову с силой прилетел камень, брошенный, конечно же, вашим недоброжелателем. В первый момент лишь потрясение, а потом осознание и долгие размышления. И ни к чему уже улыбки, ни к чему слова - маски сброшены. А за масками - лишь пустота и безумная тоска, разрывающая душу, если таковая есть в наличии у демонов. "Теперь Вы познаете, что значит быть демоном, Господин. Узнаете, что нет ничего хуже вечного существования." - лишь едва заметный вздох сорвался с губ, а глаза с узким зрачком проследили за юношей, что садился в карету. В нужный момент дворецкий подал руку Фантомхайву. - "А я познаю это вдвойне."
Он бросил усталый взгляд на поместье, на слуг - и последовал за бывшим графом, что ныне отказался от своего титула. В тех местах, где им предстоит побывать, вся эта шелуха не имеет более никакого значения. Поместье, брошенное хозяином, слуги, оставленные на произвол судьбы, прощание со всеми знакомыми из прошлой жизни - Себастьян видел, что новая жизнь начиналась и для Сиэля, причем с каждой секундой вступала в свои права все больше. А во взгляде новоиспеченного демона отражалась лишь пустота. И от этого становилось еще хуже: кто сидит перед ним? Ты ли это, мальчик, который просил остаться в комнате, когда ему снились кошмары? Ты ли раньше так любил сладости, что чуть не сорвал важный прием? Сиэль теперь скрывал все, что чувствует, только вот Микаэлис и не думал скрывать эмоций, как прежде - на это не было сил, их все высосала до последней капли ненависть, направленная неизвестно на кого - то ли на мальчика, то ли на паучьих выродков - бывшую прислугу Транси. А может и на себя.
За окном пролетали деревья, какие-то редкие прохожие бродяги, в небе горько и надрывно каркал черный ворон. Стоял августовский день. Себастьян видел все это боковым зрением, но сейчас все его мысли были направлены на юношу, что сидел рядом. Теперь их разделяло уже больше, чем пропасть, целый океан, цвета холодных и равнодушных глаз Фантомхайва. Атмосфера давила, но было уже все равно.
- И каковы наши планы? - Сиэль нарушил тишину, и дворецкий отвлекся от созерцания дороги за окном. Глаза дьяволенка до сих пор не могли принять нормальный цвет - они постоянно менялись: с родного, пусть теперь и во сто крат более холодного, василькового, на красный, совершенно непривычный, демонический. "Вот он, твой тиран! Почему же ты не убьешь его, ты ведь сильней!" - кричало что-то внутри. Микаэлис благополучно затыкал эту свою не самую лучшую часть: он проиграл, он примет свое поражение.
- Как Вы пожелаете. - ответ был сух, как и вопрос. Голос теперь звучал по-другому: мягкий, словно подушки, баритон сменился на сталь, обтянутую тонким слоем бархата. По-прежнему, проникновенный, но... Вы знали, что бывает холодная вежливость, из принуждения? - Я последую за Вами даже на Край Света, если Вы соизволите туда отправиться. - "Ты понимал, на что идешь, Сиэль. Теперь у нас не может быть планов - впереди вечность."

+1

4

Холодный и острый осколок гранита, смерть Голиафа в руке Давида (с)

Что может быть хуже полного безразличия? Это ужасно, ведь безразличие разбивает даже прочные камни. Камень, на который был похож Сиэль хоть и с виду прочный булыжник, но что-то стукивает внутри, под толстой обманчивой коркой куска гранита. Что-то  должно заполнять пустоту, он уверен в этом даже сейчас, пусть на лице не отражаются эмоции, он просто больше не способен быть самим собой. Хотя, кто сказал, что ему хотелось бы.
Себастьян стал совершенно другим. В один миг. Когда Фантомхайв думал прощаться с жизнью, он проснулся. Снова, вдохнул холодную воду и понял, что все еще живет, пусть вода и окрашивается в красный цвет. Через алый цвет собственной крови он видел красные глаза дворецкого. Они были наполнены колкой жалостью, горькой ненавистью. Он проснулся на его руках, когда теплая ладонь так безжалостно пронзила насквозь в тщетной попытке убить новое порождение ада.
Возможно, такова судьба, возможно, это было написано в его судьбе еще в момент рождения, возможно, так решили небеса. Да, неважно уже кто что решил. Все вышло так, как вышло и ничего уже не поменять. Пусть. Пусть будет лишний раз больно, пусть у него сейчас возникает разная куча вопросов, острое желание поддержики, которой, увы, не суждено более получить.
Не получить теплых тостов на завтрак. Не получить шоколадное суфле на дессерт, не попробовать изыски жизни. Это все память, но не душа. Ее нет, больше никогда не будет. Тогда какая разница? В чем заключается смысл сегодняшнего существования, если ты пустой сосуд. Ты не нужен ни этому миру, ни этому демону. Но между тем, что было вчера и тем, что будет завтра, есть маленькое звено, которое находится внутри тебя сегодня. И там не пустота, хоть и души там нет. Память, воспоминания, от которых избавит только время, заместив одно другим.
Но не хотелось бы забывать некоторые моменты. Без сомнения ему не хотелось забывать лживые улыбки Себастьяна, которым он не верил, не верил в вежливость, не верил в проявление доброты и нежности к себе, порой, настоящей, такой ощутимой заботы. Но убеждал себя в обратном, это и успокаивало. Иллюзия, в которой юный демон жил все это время называло маленький персональный Рай. Но за все надо платить.
Испепеляющая тоска.
Сейчас Себастьян рядом с ним и его нет. Когда Сиэль был в огне, ему был нужен этот холод. Сейчас же холод поглотил его полностью, затмил разум. Конечно, приходится принимать все это как должное, но все же... словосочетание "все же" напоминает Фантомхайву, что он жил, был человеком, чувствовал, возможно, любил.
Холод не физический, а моральный. Отчаяние не души, а разума. Состояние истерии где-то в мыслях, на лице безмятежная суровость и наглая ухмылка. Сиэль точно знает, что Себастьян хотел бы стереть его с лица земли, что жалеет обо всем, что произошло и тот контракт с жалким ребенком, который жаждал силы и спасения, оказался роковым в его многовековой практике.
Все ошибаются. Я стал твоей ошибкой, работу над которой тебе уже не выполнить. - Никто не знает, когда ошибётся. Пойми он в тот момент Себастьяна, смог бы Фантомхайв хотя бы немного посочувствовать демону?
- Как Вы пожелаете. - Сиэль на секунду отвел красный глаз в небольшое окошко. Они едут уже довольно долго, но он не чувствует усталости, ему не хочется спать и утомительная дорога не слишком укачивает.
Я последую за Вами даже на Край Света, если Вы соизволите туда отправиться. - Улыбка, которую изобразил Сиэль вряд ли можно назвать улыбкой вообще. Скорее горькая и высокомерная усмешка.
- Если бы такой край существовал, я бы отправился именно туда. Уедем в тишину, там, где для всех мы все равно останемся мертвы. - Тихо выговаривал юный демон, наблюдая за всякой реакцией своего дворецкого.
"Вот и ответ на твои вопросы Фантомхайв. Ты хочешь спрятаться." - Тяжелый вздох выдал эмоции? На секунду? Заметил ли Михаэлис?
Тяжелый вздох. Да плевать.

+1

5

Демоны не чувствуют усталости, не ощущают боли. Они не умеют сопереживать, удел их - лишь холодное наблюдение за тем, как сменяются человеческие поколения, умирают короли, словно простые пешки на шахматной доске человеческой истории. Жизнь людей смехотворно мала, но иногда Себастьян им завидовал: люди не знают, что такое смертельная тоска. А он знал. Всю жизнь был одинок, скитался по Земле, лишь изредка появляясь в Аду. Существование уже давно наскучило ему, и всю свою жизнь он искал что-то такое... Что-то такое, что смогло бы развлечь его, пусть временно и недолго, но избавить его от этой апатии длинною в вечность. Он это нашел. Вот только теперь несколько лет развлечений превратились в вечное проклятие, и никто в этом не виноват. А хотелось бы свалить это все на кого-нибудь и всецело ненавидеть этого человека. Так поступил бы человек. Но не Микаэлис.
В такие моменты демон жалел, что не обладает способностями к телепатии. Хотелось знать, что творится в этой маленькой голове, изменился ли хозяин или остался прежним. Как на него подействовало перерождение? Дуться, как мышь на крупу, было бесполезно и по-детски - теперь им придется прожить месте до скончания мира, а то и больше. Но улыбаться и вести себя так, будто ничего и не произошло тоже не самая лучшая идея. Теперь Сиэль узнает истинную натуру своего демона, и увидит, что того Себастьяна, что защищал его и все это время был рядом, не существовало. Может быть, они еще буду когда-то улыбаться...но только не сейчас, должны пройти долгие годы, прежде чем оба привыкнут друг к другу. А пока молчание. Себастьян лишь едва заметно повел бровью, ничего не ответив на слова Фантомхайва. Он все еще остался ребенком, пусть и веяло от него холодом, будто от каменной статуи, мемориала былой жизни. Словно забитая дворняга, что желала переждать дождь в подвале, он желал убежать отсюда, спрятаться и привыкнуть. Наверное, новая ипостась пугала ребенка, но дворецкому было уже все равно - он научит его всему, что требуется знать демону, чтобы не иметь никаких проблем с сородичами... Но Фантомхайв никогда не нашел бы здесь жалости и утешения. Он - демон, а потому пусть приспосабливается сам.
Себастьян выглядел отстраненным, но только внешне. Он пристально наблюдал за своим теперь вечным господином, "отключив" все внешние звуки - шум колес экипажа, размеренный стук копыт лошадей о дорожку. Он слышал и тяжелый вздох, что издал Сиэль, и встретился глазами с пристальным взглядом красных глаз, что внимательно изучали дворецкого. Было очевидным, что человеческие привычки слишком глубоко укоренились, но что должен был означать именно этот вздох - Микаэлис мог лишь догадываться. "Вздыхаешь, Господин демон? Принес ли облегчение этот вздох тебе, тому, кто отныне может не дышать? Вопросы без ответов. Вопросы, на которые никогда не будет ответа. "Тяжело? Жизнь не бывает легкой, жизнь демона - вдвойне. Не я один обрел проклятье, оно теперь наш общий крест, и нести его придется вместе." Лишь только один вопрос решился задать дворецкий.
- Позволь спросить теперь: ты доволен? - он обращался уже не к графу Фантомхайву, своему господину, он разговаривал как тогда, в тот день, когда впервые встретил этого мальчишку. Пусть тогда тот и нее был демоном. - Обрел ли ты покой теперь, когда твоей жизни ничего не угрожает, а месть свершилась? Ты жив, ты дышишь, ты не одинок, Сиэль. - глаза озарились адским пламенем, а фрак будто стал еще чернее, чем сама Тень. Только на лице играла улыбка. Не та, что так привычна; не та, что привык видеть юнец на протяжении трех лет. Это была улыбка Дьявола, чьи руки скованы, но чей нрав еще не сломлен... "Спокоен ли ты сейчас, Сиэль Фантомхайв?"

+1

6

In just 1 hour they'll be
Laying flowers
On my life, it's over tonight (с)

Одиночество, опустошенное чувство, как будто все, что тревожило тебя, покинуло грудь, оставило в гордом холоде, ведь ты так желал этого.  У него нет ни внутреннего голоса, ни мнения души, сердце молчит, как никогда, оно стало только органом. Кажется, что вот же ответ: спроси его у сердца, но сердцу все равно - оно гоняет кровь.
Поэтому сейчас, когда время на секунду остановилось, а кровь застыла в жилах, он не может никак среагировать. Он смотрел на него холодно и безразлично, как никогда, но что-то внутри ломалось с треском.
Ты думал, что вот она - свобода, ты думал, что теперь станет легче, но это не так. Как больно разочаровываться в самом же себе, особенно, когда в голове уже стоит образ состоявшейся, завершенной картины, образ, который ты мысленно принял. Маски сорваны, не стоит усугубляться лишними иллюзиями. Но то, что Себастьян поменялся, совсем не иллюзия.
Его голос не был таким бархатистым, как всегда. Будто все это время сталь, которую он прятал, была всего лишь обвернута этой мягкой, теплой тканью. Ошибаться больно, камню больно падать, после того, как немного полетал. Себастьян - вот кто здесь демон, не стоит забывать, но, пусть так, он все еще тот, кем являлся, пусть все хорошее в нем стало перегнившей листвой. Разбитые осколки не соберешь... - это голос сердца? Нет, всего лишь вывод разума.
- Позволь спросить теперь: ты доволен?. Знаете то чувство, когда нечто, что таилось незаметно где-то в области поясницы и паха уходит в пятки, колко проходит вниз и возникает волной у затылка, подступает в горло? Он знает. Сиэль Фантомхайв прежде мало когда мог испытывать это чувство, но сейчас оно было как никогда реальным. Он думал, что превратился в камень, но почему-то обычные слова Себастьяна заставили треснуть гранит.
... ты... - отголоском слышалось в голове. Вместо разума и сердца у него всегда был отголосок демона. Ирония жизни, шутка судьбы. Нет. Не доволен... Не доволен, мне не нравится. Он все еще ребенок, пусть теперь кровь в его жилах бежит холодная. Он единственный король, который остался на шахматной доске и дамка в виде Себастьяна, которые съели все остальные фигуры, но сильному не поглотить того, что защищал своей силой.
Обрел ли ты покой теперь, когда твоей жизни ничего не угрожает, а месть свершилась? Ты жив, ты дышишь, ты не одинок, Сиэль.
Жалуйся... - Реакция Фантомхайва менялась. Жалуйся, ты ведь хочешь! - Кричало что-то внутри него. Человек, который все еще едва дышит, но почти мертв. Так легко убить оболочку, но очень не легко совладать с душой.
Когда он услышал это, он сидел, ничего не говорил, просто смотрел на него, в секунды черный зрачок в красном глазу расширялся, становился круглее, словно нечто внутри него пробудилось. То ли страх, то ли злость.
Но Сиэль не спешил отвечать. Молчание повисло между двумя демонами, между двумя сородичами, которые должны понимать друг друга без слов.
Нет. Я не доволен. Я не доволен, я хотел бы другой участи и мне все равно, в итоге я все потерял. Я всегда был честен с тобой, моя душа принадлежала тебе, но мне нечего тебе больше предложить. - Мысли Сиэля отражались в его глазах, но ни на лице. Глаз, что был не закрыт повязкой снова оказался синим, словно поглотил в себя океан. Бледное лицо, ни улыбки, ни усмешки. Фантомхайв смело и безмолвно смотрел Михаэлису в глаза, которые обрели свой истинный оттенок. Но ему не было страшно, почему-то таким он нравился ему еще больше, чем обычно.
- Да. - Короткий ответ, чуть дрогнувший голос. - Я доволен, Себастьян. - Через секунду на лице проявилась усмешка, маска, которую он теперь взял в привычку надевать. - Но какой покой может обрести существо, которое некогда металось, как раненная обезьяна? - Он наблюдал за Себастьяном. - И не нужно передо мной показывать своего характера. Если ты думал напугать меня, фиско - у тебя не вышло. Волевой? Извини, твою волю пришлось немного сломать и не смей больше поднимать подобных тем. Мне нравится все, а еще больше мне нравится твой закрытый рот, твоего мнения я не спрашивал и не нуждаюсь в нем. Проиграй без всяких слов, ты все еще служанка.
Он встал на ходу кареты, не смотря на Себастьяна, но улыбка с его лица пропала. Он говорил жестко, громко и властно, как только умел, хотя сердце на мгновение екнуло... кто в доме хозяин? Демон слуга, Дьявол, которого посалили в клетку, как вшивого пса или щенок, который не знает укора?
- Пошли, мне наскучило ехать. - Когда кони остановились, он громко распахнул дверь кареты.
Его ли только мог кто-то привести в чувство умершую душу.

0

7

Сомнения, сомнения, сомнения. Им подвластны все, и если Вы думаете, что демонам чуждо это чувство, то простите, но Вы идиот. Круглый такой, без надежды на исправление. Себастьян сомневался, остался ли его Господин прежним. Да, он был зол, он устал и ненавидел этот мир в целом, и дьяволенка в частности. Но Была еще надежда - как бы абсурдно это ни было, он надеялся, что Фантомхайв не утратил свою личность. Все-таки, он был именно той душой, что заставила пойти на такой унизительный контракт. Ее вкус становился все слаще, но все же демона постигло разочарование - душа утрачена, без возможности восстановления, а печать контракта, от которой рука будто становилась тяжелее, все еще жгла руку - доказательство его личного плена. И запах больше не сводит с ума, заставляя желать эту душу все больше и больше - остался лишь бледный и совсем неаппетитный ее отголосок. " Но коль дорога ведет в Ад, не стоит ли сделать путь хоть немного приятней?"
Он часто размышлял, что будет, когда он поглотит душу Сиэля и станет свободен. И всегда вывод был один: он по-прежнему останется существовать, бесшумно скитаться по землям в поисках нового развлечения и новой вкусной души. Жалкая жизнь, не находите? Но такова миссия демонов на этой земле, никто не может изменить естественного хода вещей. Сейчас же ему предстоит вечная служба избалованному ребенку, но... он не собирался бунтовать, устраивать кровавых расправ ночью, когда чертенок спит, якобы "во имя справедливости". Да-да-да, он проиграл, но...ему еще нужно было проверить это.
- Да. Я доволен, Себастьян. Но какой покой может обрести существо, которое некогда металось, как раненная обезьяна? И не нужно передо мной показывать своего характера. Если ты думал напугать меня, фиаско - у тебя не вышло. Волевой? Извини, твою волю пришлось немного сломать и не смей больше поднимать подобных тем. Мне нравится все, а еще больше мне нравится твой закрытый рот, твоего мнения я не спрашивал и не нуждаюсь в нем. Проиграй без всяких слов, ты все еще служанка.
"Да."
Губы растягивались во все более широкую улыбку, по мере того, как говорил Фантомхайв. Под конец, откровенно говоря, демону захотелось рассмеяться. Оказывается, все так просто. "Ох, Господин, теперь я вижу: это действительно Вы. Даже демоническая натура не сможет скрыть того, что Вы совершенно не умеете лгать. Столько событий произошло, но в итоге одно осталось неизменным: я по-прежнему вижу Вас насквозь. И это значит: шахматная партия продолжается." Демон прикрыл глаза, а после улыбнулся, встретившись с пристальным взглядом васильковых глаз. Улыбнулся почти нежно, и немного нагло, как улыбался ребенку прежде.
- Как прикажете, мой лорд. - был короткий ответ. "Ты пытаешься строить из себя гордого, будто ты хозяин ситуации, а я всего лишь пешка, что ж, отчасти так и есть, но мы сыграем по другим правилам. Я все еще вижу, как смел твой взгляд, когда ты смотришь мне в глаза. Так же прямо и уверенно, как и в тот день. Я мог прочитать все в твоих глазах и то, что я увидел в этих океанах меня не разочаровало. Так может быть, продолжим играть?" Сиэль распахнул дверцу кареты, будто она была виновата во всех грехах, а Себастьян вновь улыбнулся. "Мой ход"

...из-за гордо поднятого подбородка, бывший Цепной Пес Королевы навряд ли смог заметить подножку, коей так щедро наградил юношу его дворецкий...

- Мой Господин, Вы так неосторожны... - он чуть нахмурился, всматриваясь куда-то вниз, где так удачно обнаружилась лужа, куда, следовало полагать, упал Фантомхайв. - Не стоит так сильно поднимать подбородок, Господин, внимательней смотрите под ноги.

Отредактировано Sebastian Michaelis (2011-11-21 01:13:30)

0

8

Больно, когда ошибаешься. Больно, когда ошибаешься из-за себя же, не ожидая того, что сам себе выдашь. Да, такой глупый парадокс. Кажется ты, никто более, а в тоже время порой кажется, что не ты и вовсе, что некто думает за тебя, поступает за тебя, а ты в клетке, с пониманием того, что не судьба тебе когда-то принимать решения. Именно такие эмоции переполняли Фантомхайва в тот миг.
Он видел, как летит вниз. Свободный полет лицом в грязь, знаете, не самый приятный из полетов. Но ничего не поделаешь.
На кого злиться, если упал? На себя, потому что не смотрел под ноги, на кого-то, кто якобы виновен в твоей неуклюжести или искать подвох типа подножки? И все это обретает двоякий вид, если не считать, что в тот момент, когда Фантомхайв подскользнулся, напоролся на что-то и полетел к земле, он испытывал эмоции в двух аспектах.
Только что он слышал, как Себастьян что-то говорит насчет господина, в принципе, он уже и не слушал ежедневное "как прикажет мой лорд", или "да, господин", "слушаюсь господин". Приедается, становится обыденным, а если бы в раз пропало, стало бы ужасной потребностью, настоящей драгоценностью. Впрочем, ему уже не чего ценить. Сухие слова, каламбуры, показывания характеров, просто отвратительный цирк, на самом деле.
Но, чего бы там себе не надумал Себастьян в ответ на его многословную речь, Сиэль остался при своем мнении. Мнении, что пора бы уже выходить из той стадии, когда хочется все бросить и сказать правду. Но он не врал. "К чему вся ложь, если уже не чего скрывать?" - посетила его мысль, когда он выходил из кареты и тут, как будто на зло все оборвало падение.
Ужасная и глупая случайность. С кем не бывает. Оступился, не удержал равновесие и упал. Все бы ни то, если бы в этом падении только он был виновником. В тот момент, когда его тело коснулось земли, Сиэль воспылал злостью и ненавистью так, что, кажется, атмосфера вокруг них стала тяжелой, давила на виски. Все чувства, что теперь он мог вообще ощущать (та горстка жалкого, что осталась в приз от прожитой жизни) стали странно острее. Если он злится - злость переходит в гнев, о большем пока он не может сказать, потому что большего не испытал. Не испытал жалости, не испытал сомнения, волнения, страха, чтобы сказать как демонская натура воспримет эти эмоциональные встряски.
Но, пока он лежит на этой земле и копит в себе всю злость, что волной накатилась на него, он видит единство Себастьяна и его, такое ненавистное, горькое: - Мой Господин, Вы так неосторожны.... "Я тебя ненавижу... я тебя убью..." Слова Михаэлиса действовали на юношу, словно яд, будто бы его медленно погружали в кипяток, но он не может плакать от какой-то боли, он гневается, он готов этого демона прямо сейчас задушить, приказать устроить ему самосожжение. Да, плевать что, главное, чтобы Михаэлис понял, что сделал глупость, а с господином плохо играть в такие игры, он слишком искусный игрок, как казалось самому Фантомхайву.
Не стоит так сильно поднимать подбородок, Господин, внимательней смотрите под ноги.. Он сжал руки в кожанных перчатках, услышал, как трещит от напряжения тонкая качественная кожа. "Мразь..." - он стиснул зубы, чтобы самому не вскочить и не обрушить шквал ругательств и брани. - Сволочь.. - Тучный голос, мрачный, будто в Сиэля сейчас что-то вселилось. И в самом деле вселилось. Злость, с которой он сам не может совладать и что вообще может остановить в нем наростающую ненависть, юноша не знал. - А еще я просил тебя закрыть свой рот... - Поднимаясь, Сиэль не торопился чистить дорогую одежду.
Он поднял красные глаза, налитые, кажется, кровью на своего дворецкого. На лице никаких привычных эмоций, кроме злости.   - Слуга. - Он процедил это. Почти ничего не выдавало его безмерной злости, он не мог сейчас что-то сделать, ведь рамки возраста, в котором он застрял не позволят ему.
Но далее последовал громкий хлопок. Это кожа грязных перчаток встретилась с гладкой кожей лица дворецкого. Сильный удар, оставивший красную дорожку на бледном, безупречном, красивом лице дворецкого. Но Фантомхайв не остановился на этом. Он старательно вытирал о лицо Себастьяна грязь с перчаток, пока те не приняли более пристойный вид, а далее холодно выговорил:
- Остановимся здесь. Не хочу шататься по ночи, как псина бездомная. Теперь приведи меня в порядок и устрой мне уют. На улице холодно. - Он требовательно смотрел на Себастьяна более чем высокомерным взглядом, хоть и был ниже на две головы. Он хозяин здесь.

0

9

Мы пытались убить
Друг друга мутно и дорого
(c) Jane Air

"Когда ты задираешь голову, будто показывая свое превосходство, не забывай, что в этом случае ты не видишь то, что творится у тебя под ногами. Типичная ошибка всех королей, Сиэль, и ты не исключение. Лишь в шахматах все ясно, как белый день: ладья умеет ходить лишь по прямой, слон - наискосок, все ходы прописаны и королю нечего бояться - шахматные фигуры принадлежат ему, он управляет ими, и опасаться за себя не приходится - предательство исключено. Но жизнь не шахматы, а ты, похоже, так и не привык к этому. Все это время я учил тебя: как ездить верхом, как нужно целиться, чтобы выстрелом поразить цель с первой попытки. Теперь эти уроки тебе ни к чему - человеческие знания пусть и увлекательны, но демонам не обязательно вникать в то, что создавалось несколькими поколениями людей, начиная с первобытности. Но это не означает, будто мои обязанности учителя не обязательны к исполнению - теперь я буду учить тебя одной простой науке - " Как жить и выживать с себеподобными". Не обижайся, тебе ли не знать, что мои методы никогда не были заурядными." Себастьян сошел с кареты и присел рядом с так мило распластавшемся в луже графом. Ситуация его смешила, но лицо оставалось серьезным и выдавало лишь те эмоции, которые он хотел показать. Тысячелетняя практика по управлению своей мимикой и жестами - и сейчас ничего не могло выдать то, что демон смеялся - ни одна мышца не дрогнула на его лице.
Сиэль оставался тем же, пусть и демоническая натура мешала ему, как раньше, оставаться хладнокровным. Он был в ярости, а дворецкого все равно это забавляло - ну что может быть веселей вида униженного короля? А взгляд... Ох, право, это того стоило - падение немного сбило спесь с этого высокомерного избалованного ребенка, да так ему и надо. Псина должна знать свое место, пусть она и возомнила себя хозяином. Они будут продолжать играть в эту забавную игру "господин и слуга", но фактически, господин был всего лишь слабым и неопытным человечишкой, лишь по случайности получившим силы демона. И именно поэтому многовековой опыт Микаэлиса даже близко не стоял с тем, что на данный момент имел его мнимый Господин. "Король фарса, ты ведь понимаешь всю ситуацию? Я вижу это в твоем матовом зрачке, я могу читать тебя как открытую книгу. В тот момент, когда ты отвернулся от света, ты стал моим, и этого не изменить - я всегда буду над тобой, Фантомхайв. Прими это, но не прекращай сопротивляться, и тогда наше совместное существование покажется довольно интересным. Не меняйся, и я не утрачу к тебе интерес."
Демон достал белый платок из нагрудного кармана, чтобы вытереть капли грязи с лица хозяина, когда почувствовал, что ладонь ребенка с силой врезалась в его скулу, заставляя верхний слой кожи гореть. Такая детская и открытая месть, Сиэль размазывал грязь с перчаток по щеке Микаэлиса. "Сукин сын." - лишь только внешне он казался спокойным и немного удивленным - выражение лица было непонимающим, будто дворецкий задавал безмолвный вопрос "за что?". А внутри него проснулась злость. Он все же сохранил внешнюю невозмутимость, когда аккуратными движениями убирал грязь с лица Господина, будто бы ничего не произошло, да и не в его характере было как-либо заметно реагировать на такое унижение - он все еще играл роль дворецкого.
Пара мальчишек-оборвышей замерла неподалеку, разглядывая эту картину, а Микаэлис лишь обратил свой взгляд к ним, когда дети, испугавшись, убежали прочь. "То то же."
- Остановимся здесь. Не хочу шататься по ночи, как псина бездомная. Теперь приведи меня в порядок и устрой мне уют. На улице холодно. - этот высокомерный и осуждающий взгляд снизу-вверх всегда веселил демона просто потому, как комично Фантомхайв выглядел в этот момент: ребенок, который хочет казаться взрослым, забавное зрелище.
- Как прикажете. - дворецкий отвесил учтивый полупоклон графу, положив правую руку там, где у него предположительно должно было находиться сердце, если оно, конечно, было в "базовой комплектации" демона - Подождите здесь, я улажу все проблемы и вернусьза Вами. - укутав ребенка в свой плащ, чтобы тот "не замерз" (хотя, конечно же, эта мысль была абсурдной - демоны не чувствуют холода) и посадив того на скамейку рядом со зданием, он устремился в мотель, рядом с которым, собственно, и проходило это примечательное действо. Идеальное место, если желаешь временно залечь на дно - в таких заведениях никто не интересуется, кто ты, откуда и зачем отправился в дорогу. "Лучше и не придумаешь..."
***
- Юный Господин, пройдемте в комнату, Все готово, для Вас приготовят лучший номер в этом... хм, заведении. - дворецкий вежливо поклонился, доложив обо всем хозяину и подождал, пока тот поднимется. Безусловно, уровень обслуживания здесь был крайне низок, но до ближайшего достойного мотеля еще было ехать и ехать. В любом случае, для ночлега это место вполне подходило, и стоило лишь обворожительно улыбнуться женщине средних лет, хозяйке мотеля и представиться ложным именем, как лучшая и, к слову сказать, вполне пригодная для жилья комната была предоставлена в их распоряжение. Проблема была в том, что свободных комнат больше не осталось - в последнюю каморку поселили бывшего жильца их нынешнего номера (не без стараний Себастьяна, к слову сказать). Сегодняшний вечер им предстояло провести в одной комнате и...как бы умудриться и не разнести это хлипкое здание. Два демона в доме - жди беды.

Отредактировано Sebastian Michaelis (2011-11-21 13:39:20)

+1

10

Боли много или мало, было или будет, всем её хватало... (с)

Когда столько времени прожил в родном доме, уже непривычно даже на ночлег где-то оставаться. Даже уютные хоромы не кажутся родными. А о местных "хоромах" даже речи не шло. Затхлое место, снаружи оно кажется даже лучше, чем внутри, на самом деле. Сиэль очень пожалел, что ему в голову пришла эта идея с ночлегом. Может быть, это всего лишь привычка, ничего более. Темнота ночи его не пугала, а дорога звала все дальше от округов Лондона. Они уехали уже довольно далеко, да и кони подустали, что пришлось остановиться у сомнительного места.
На улице, естественно не было холодно, как погалается, демоны холода не чувствуют, но в этот раз, Сиэля просто настиг какой-то озноб. Ему всегда было неуютно находиться далеко от дома, но теперь-то даже дома нет. Чего волноваться? Вся жизнь его будет состовлять лишь ненастья и вечное скитание по земле. В гордом одиночестве, ведь Себастьян стал подобием тени, который остался рядом не по своему желанию. Бывший граф это понял только когда странное тепло заглушило всякую злость. Дворецкий совершенно не заботливо накинул на него свое пальто, чтобы тот не замерз. К чему, ведь демоны не чувствуют холода, именно этот мороз исходит изнутри и его теплым пальто, согретым собственным теплом, не устранить. Злость, которую он испытывал отголосками напоминала о себе, но сердце, оно стучало ровно и только сейчас Фантомхайв понял, заметил, что оно стучало так и в моменты всплеска негатива. Будто бы все, что он испытал только что - всего лишь обиход, то, что должно быть. Это даже немного напугало его. Странно и непривычно не знать самого себя, не так ли?
Он надежно закутал себя в пальто Себастьяна. Такой привычный запах от него исходил, запах, который напоминал ему о том, что это его дворецкий, именно Себастьян Михаэлис, демон, который заботливо клал на голову руку, оставался на ночь, был верным помощником, верным псом рядом с ним, именно этот "мразь", которая только что ткнула его лицом в грязь. До конца не верится... И почему-то машинально захотелось извиниться за все, что было. Проявление слабости? Нет, всего лишь не до конца убитая совесть, которая неизбежно падет перед утраченными воспоминаниями, перед натурой, которая рвется показать себя.
Вот так, закутанный в плащ, ему и это мрачное, ужасное место трактира казалось схожим с домашным очагом. После того, как Себастьян своими чарами получил для них довольно достойный номер в этом заведении, Сиэль закутался еще сильнее. Спать совершенно захотелось, просто понимание, что уже поздно дало волю въевшимся привычкам.
"Ужасный номер, сейчас бы ненадолго домой..." - а где его дом? Поместье осталось позади, стало пройденным этапом, какой смысл сожалеть и желать этого, если сам все для себя решил. Его пугает неизвестность, но он не показывает вида, хотя понимает, что сам себя не обманешь, как бы ни пытался. Оставалось лишь бороться с мыслями, развивая в себе раздвоение личности. "Есть ли во мне что-то сильнее меня самого?". Как говорится, на своей луне сам себе король.
- Юный Господин, пройдемте в комнату, Все готово, для Вас приготовят лучший номер в этом... хм, заведении. - Он сделал шаг в открытую дверь и живо огляделся. Не самый прекрасный вид, но сойдет на одну ночь, все-таки пора бы уже привыкать, большего ему не устроят, граф с его привычками должен быть уже мертв внутри: "так умри и больше не просыпайся". Он стиснул зубы, понимая, что тошнотный рефлекс - это совершенно не те эмоции, которые он бы хотел испытывать сейчас. Машинально, по привычке он все еще пытался согреться в теплом пальто Себастьяна, но это больше не зачем, просто потому что сам не хотел отпускать. Эта слабость на лицо, но он даже и не думал, что так ярко проявляет себя.
- Здесь что, крыса сдохла? Такая вонь, как будто в шкафу сгнивший труп. - Фантомхайв брезгливо морщил нос, но все еще осматривался, стоя лицом к дворецкому. - Ты привел меня сюда, думая, что я останусь здесь ночевать? - Он поднял требовательные глаза на своего демона и снова что-то внутри ёкнуло. Злость и смирение. За одно мгновение он привык к тому, что теперь испытывает к нему. Никакой жалости, лишь злость... но на кого? Он не виноват в том, что так вышло. Да, плевать, надо же кого-то сделать виноватым, пусть это будет Себастьян. Прямо как человек. - Ты идиот? - Он выкрикнул это, хмуря брови. - Сначала ты сполоснул меня в грязи, теперь привел сюда, я тебе, что, зверь дворовый?, "а кто же ты еще?" - возникло в мыслях, отчего Сиэль разозлился еще больше. - Выдраивай здесь все и приготовь теплую ванну, будешь отмывать меня, раз подумал, что я поросенок, который будет валяться в грязи. - Его улыбка была изогнута в обратную сторону, что не есть хорошо. Немного жесткий взгляд, холодный, наполненный злостью тон голоса. Увидел бы он себя немного раньше, узнал бы вовсе? А от пальто, в котором он пытался спрятать то хорошее, что едва дышит в наступающим холоде, пахло немного горьковатым, но невероятно приятным одекорлом, миндалем и молотым кофе.

0

11

Мелкий гаденыш раздражал все больше и больше. Прямо как в самом начале служения, когда каждое слово бесило, и хотелось, чтобы этот чертов ребенок сгорел в аду со всеми своими капризами, и только ценность души и природное упорство останавливало тогда Себастьяна от того, чтобы разорвать контракт. А сейчас хотелось припереть этого мелкого выскочку к стенке и сказать, нет прошипеть все, что демон о нем думал. Но... нельзя. Хорошее слово, наряду с "надо" и "необходимо". Мысленно говоришь себе его и успокаиваешь внутренний бунт. "Нельзя...Ты служишь ему, это отныне твое проклятье. Смирись. Не говорить открыто, как ты его ненавидишь, строй козни, издевайся незаметно и с улыбкой - это бесит больше всего." Демон всегда терпеливо сносил все, что выпадало на его долю во время контракта, и за это время весьма неплохо узнал все уловки, которыми пользовался Фантомхайв, пытаясь его задеть. И теперь имел некий иммунитет против них, хотя иногда и случались моменты, подобные этому. В последние дни такое случалось все чаще, ведь сейчас они вновь начали этот длительный процесс привыкания друг к другу. "Господин, я знаю, что Вы страдаете, находясь сейчас в этой ипостаси. И...я хочу, чтобы Вы страдали еще больше, тогда я смогу лепить Вас так, как пожелаю."
Дворецкий нес чемоданы с вещами Фантомхайва вверх по лестнице, и при каждом шаге она издавала противный скрип? будто сейчас обрушится вниз. В углах помещения клочьями свисала паутина, навевая не самые приятные воспоминания. Впереди маячил гордый затылок Сиэля (пожалуй, сейчас дворецкий смог бы опознать настроение графа по одному виду его затылка). "Сейчас бы кувалду" - отчего-то подумалось Себастьяну.
Номер с первого взгляда не понравился графу, что было вполне ожидаемо - ребенок привык к роскоши и богатству, а здесь ни один предмет интерьера не отвечал заявленным требованиям - комната буквально кричала о том, что прежде здесь жили лишь бедняки. Обшарпанные оконные рамы, пыль на картинах совершенно бездарных, по мнению Сбастьяна, художников; букет увядших полевых цветов стоял в углу и мебель: старая и безвкусная - все это было свидетельством того, что ремонт этому помещению только снится. В довершении картины - запах. Демоны чувствуют его особенно остро, и это адское амбре из трухи и затхлости сводило с ума. В худшем смысле этого слова.
Чертенок кутался в пальто своего дворецкого, что заставило последнего беззвучно усмехнуться краем рта - "Ну прямо как человек.". Ребенок придирчиво оглядывал помещение, недовольно морщась от запаха, а костяшки пальцев побелели, сжимая ткань плаща. "Будто оно сможет согреть Вас, Господин." Микаэлис внимательно наблюдал за хозяином все это время и предугадал, в какой момент начнется истерия по поводу отвратительной комнаты. Мимолетно вздохнув и бросив тихое "Да.", Себастьян принялся приводить номер в порядок. Уследит за скоростью его движений было трудно даже Фантомхайву, пусть от и был демоном. Не тот возраст: способностями Себастьян всегда будет превосходить своего хозяина. Демону не хотелось убирать все вручную, да и времени на это не было, потому, решив что запретов на это не было, большей частью использовал магию. что была ему доступна, и уже через пару мгновений перед Сиэлем предстала картина идеального порядка и уюта, какого эта комната ни знала никогда. "Кто как ни дворецкий семьи Фантомхайв справится с этим" - апатично подумал Себастьян, стряхивая микрочастички пыли с белоснежных перчаток. Грязь с лица была уже давно вытерта, поэтому его внешний вид вновь оказался идеальным.
- Милорд, ванна готова, пожалуйте в умывальную комнату. - Микаэлис безукоризненно вежливо обратился к своему хозяину, в какой уже раз заметив, насколько сильно маленькие пальчики стискивают его пальто. Все же, Фантомхай был еще ребенком, которому необходимо было тепло, и он, Себастьян, знал, что господин нуждается именно в его теплом отношении, ведь рядом больше никого не было.
- Этот плащ не избавляет от духовного холода, Господин, сколь сильно Вы бы ни сжимали бедную ткань. - демон улыбнулся холодной отстраненной улыбкой, зная, как сильно задевают графа эти слова, после чего последовал в ванную комнату, где ему предстояло купать юного Господина.

0

12

"Смертная скука" - промелькнуло в мыслях у юного демона. В тоже время, какая еще скука? Ты живешь в этом обличии от силы пять дней, а вечность уже тебе надоела?. В общем, одним словом "противоречие" в графе было слишком явно даже для него самого, отчего приходилось подавлять эти чувства кислой миной. А вот по кислым минам он был просто доктор наук. Когда какую маску надевать решило лишь настроение и мысли, которые сами надоедливо навязывались в голове.
Не исключено, что Михаэлис читает его, как открытую книгу, да вот только не совсем на руку все это. Сколько бы он не притворялся сердитым, сколько бы не строил из себя некую высокмерную недотрогу, дворецкий улыбался и будет улыбаться. К чему теперь все скрывать? Зачем вообще что-то скрывать? - Еще раз задал себе вопрос Фантомхайв. Он лишь мимолетно проследовал глазами за дворецким, который заканчивал уборку. "Если ты знаешь меня всего, если все игры наскучили тебе, ты теряешь интерес ко мне?" - иногда он думал, что Себастьян умеет читать мысли, впрочем, это сейчас было бы большим плюсом. Пусть он прочитает нечто, что собьет его с толку, пусть Михаэлис почувствует снова интерес к нему... Не то, чтобы Сиэлю хотелось это потому что глухая тишина между ними давила морально, а потому что он чувствует сам, что не сможет так долго находиться в натянутых отношениях с Себастьяном.
"Отвратительное чувство..." - подумал он, когда уже собирался в ванну. Вообще даже шелковистые руки дворецкого стали не теми, что раньше, но все равно странно будоражут тело. Ему так надоедало видеть это каменное лицо Себастьяна, что хотелось с маху разбить ему нос, чтобы как-то хоть разбавить мимику на бледном его лице.
- Этот плащ не избавляет от духовного холода, Господин, сколь сильно Вы бы ни сжимали бедную ткань. - Сиэль еще раз окинул взглядом Михаэлиса. Он ведь прав, пришлось признаться Сиэлю, отчего тот откинул, ставший родным плащ с некой неохотой и последовал в руки к Себастьяну. Вообще, дворецкий много раз его купал, делал это постоянно, если быть точным. Но почему-то именно сейчас у Сиэля сильно билось сердце. Волнение?
- Тс... - Небрежно фыркнул Сиэль, отводя в сторону голову, давая ловким рукам Себастьяна все-таки его раздеть. Все изменилось... абсолютно все. Он не ценил то, что принадлежало ему, а теперь, когда ничего больше от прежнего не осталось, стал жалеть. - Я выгляжу жалко, не так ли? - Мирно и как-то тучно спросил Сиэль, даже сейчас его голос не дрогнул, но слышался, даже ему, немного неуверенно. "Да от тебя разит..." - от этих мыслей молодой демон даже губу закусил. От него разит... симпатией?
- Если ткань меня уже не согреет, что же тогда? - Он выдавил из себя улыбку, смотря на то, как проворно дворецкий освобождает его от темной одежды. Холод откуда-то изнутри. - Вечно мёрзнуть? Что-то по тебе не больно видно, чтобы ты мёрз. Это скорее требование дать совет, чем просто разговор. Но, под сколькими бы запутанными предложениями не пытался Сиэль скрыть искреннее замешательство, у него мало что выходило. - Этот век будет отвратительно скучным. Мне уже скучно. - Он не переставал выкладывать свои мысли на блюдечко, когда погружалсяв теплую воду. Да... он чувствует тепло, что пробегает по телу, он чувствует воду, которая обволакивает кожу. Принятие ванны всегда было одним из его любимых занятий.
"Ну раз тебе не скучно, поиграй со мной..." - Он сам себе улыбнулся, увидев отражение лукавой улыбки в беспокойной воде.
- Себастьян... - Он не скрывал своей улыбки. Так он улыбался не часто, но бывало такое и при обычной жизни. В этой маленькой голове всегда рождались гениальные идеи далеко не христианского характера, как говорится, и именно сейчас изгиб небольшого рта твердил о том, что новая идея возникла в его сознании.
"Старт гейм..." - промелькнуло в голове и он полностью утвердил план по новой забаве над своим дворецким.  Машинально тонкой ладонью он нащупал шею Себастьяна позади себя, который усердно пытался то ли его отмыть от невидимой грязи, то ли очистить вообще что-то внутри него, но почему-то сегодня он проявлял вообще меньше нежности, чем даже, скажем, вчера. Впрочем, сейчас Сиэля это волновало меньше всего.
Немного усердия и он просто заставил дворецкого чуть склониться над ним. Признаться и у Сиэля сердце тогда стучало само по себе и кровь в жилах бежала сама, и вообще сознание отделилось от тела. Еще через секунду он почувствовал, как мягкие губы коснулись губ дворецкого. Сладкий привкус, тепло, исходящее от тела, и лица очень близко, но этот поцелуй в одно касание прервала лукавая улыбка Сиэля, который поднял на Себастьяна взгляд синего глаза.
- Нежнее... - А что-то внутри ликовать начало. Что ж, шахматы, иногда, бывают довольно увлекательной игрой, не так ли?

0

13

The world we knew
Won't come back
The time we've lost
Can't get back
The life we had
Won't bleed us again

"Глупый ребенок" - Себастьян мысленно улыбался. Да, его нынешнее положение не позволяло ему насмехаться в открытую, но никто никогда не контролировал его мысли. Чужая душа - потемки - Эта фраза применима и к душам демонов. Моральное состояние Господина было нестабильно, что вполне логично - новоявленные демоны всегда были эмоциональны, и по сравнению с остальными, Фантомхайва вполне можно было назвать "спокойным, как удав" - внешне он ничем не проявлял того, какой ураган творится у него внутри. Но Себастьян четко ощущал всю смесь чувств, что испытывал хозяин - слишком сильной сейчас была его "энергетика": рядом с графом сейчас можно было заряжать батарейки. Тем не менее, Себастьян не побрезговал бы и возможностью разозлить своего хозяина, представься оная ему. А пока он лишь засучил рукава, подготавливаясь к купанию юного графа. С апатичным выражением лица он расстегивал всевозможные пуговицы и застежки кокона из одежды. Чего только не придумают люди за свою историю, начиная с первобытности: а ведь начиналось все с совершенного минимума одежды и украшений, сейчас же обилие всевозможных жилетов, рубашек, сюртуков у мужчин (не говоря уже о женских нарядах) заставляло извилины завязываться морским узлом. У любого другого дворецкого, но только не у него. Себастьян всегда знал, что от него требуется и безупречно выполнял это. Возможно ли, что именно в этом заключался секрет его успеха?
Рассуждения Господина мало трогали его. Попросту говоря, большинство фраз он просто игнорировал, никак не отвечая даже на вопросы, казалось бы, адресованные ему самому, так как считал, что сейчас граф разговаривает сам с собой. Что ж, в мире все же никогда не будет собеседника лучше, чем ты сам.
- Если ткань меня уже не согреет, что же тогда? Вечно мёрзнуть? Что-то по тебе не больно видно, чтобы ты мёрз. - Себастьян удивленно изогнул бровь, услышав эти слова из уст юного Господина. Способствовала ли разговорчивости мальчишки теплая ванна? Вода всегда расслабляет, а хозяин любил принимать ванну - за те три года, что Микаэлис служил ребенку, он успел изучить его так, как пожалуй, не знал себя даже сам Сиэль.
- Господин, Вы все же никак не можете усвоить - демонам не нужно тепло. Мы - темные жалкие твари, удел наш - мрак и холод. Ставши демоном всего несколько дней назад, Вы еще не привыкли к этому. - Себастьян смотрел прямо перед собой, с некоторым ожесточением натирая спину юноше, будто пытаясь снять кожу. Он и сам не заметил, как сильно задумался, вспоминая отрывки своего демонического прошлого. При желании, память живущих вечно выдает такие воспоминания... Ведь даже Себастьян когда-то был таким же, как этот ребенок. Новая ипостась и способности пугали его, а то ощущение пустоты и холода изнутри не смогло бы передать ничто на свете. "Боль от потери души мучительна. Душа - это то единственное, что стоит ценить в своей жизни даже больше, чем саму жизнь. Без души ты утрачиваешь вечную жизнь и получаешь взамен нее вечное существование, жалкий аналог, со всеми муками и страданиями. Люди, просящие помощи у демонов - глупцы. Как бы не было важно исполнение цели, продавать свою душу есть высшая степень глупости. Вы же еще тогда отвернулись от света, и я был восхищен: несмотря на это, Ваша душа была полна света, все это время ваш свет ослеплял меня, чьи глаза привыкли к чистому мраку. В этом была Ваша ценность, но сейчас пришла расплата. Терпите, Господин, я постараюсь сделать так, чтобы Вам было еще больнее..." - За тысячелетия своей жизни я утратил потребность в тепле, когда-нибудь таким станете и Вы. "Ничто человеческое нам не...нужно"
Ладонь, легшая на его шею вывела демона из раздумий. Впрочем, он вообще даже не успел сообразить. что задумал чертенок, когда почувствовал прикосновение теплых губ к своим. Признаться, этого он ожидал меньше всего, а если уж быть полностью точным - этого он не ожидал совсем. Глаза темно-красного цвета удивленно распахнулись, и Фантомхайв улыбнулся. Самой странной из улыбок, что были в его арсенале - хитрой, ее Себастьян видел крайне редко и как правило, она не предвещала ничего хорошего. Но демон уже успел опомниться и убрать удивление со своего лица, на его место пришла все та же вежливо-лживая улыбка. "Нежнее? Господин, право, Вы меня удивили. Но что ж, будет Вам нежнее" - Микаэлис мягко взял ручку графа в свою ладонь, убирая ее со своей шеи и немного дерзко посмотрел в глаза своего хозяина.
- Господин... Если Вы хотите научиться целоваться - стоило попросить меня об этом - всегда рад помочь - с такими словами он отодвинулся от лица Фантомхайва, не прекращая смотреть в глаза, подключая уже все свои силы к убеждению и опрокинул на его голову ковш холодной воды.
"Вы слишком перевозбудились, остыньте, Господин."

0

14

Упавшие вниз
Разбитые в кровь
Закусанных губ
И это любовь

Когда тебя окатывает холодной водой не всегда пламя, что внутри пылает, тушится само по себе. Наступает только какое-то горькое расстройство, что именно с тобой так поступили. "Как неважливо..." - он напыжылся в тот же миг, как только вскочил от того, что его окатили холордной водой. Нет, ему, даже, показалось, что вода ледяная... "Что за идиот, а!" - Сиэль крепко схватился за борты ванны, резко выпрямив спину. Мурашки пробежались по телу, но совсем не от ледяной воды, которой его сейчас щедро окатили. Злость почему-то настигала снова, но он лишь выдавил улыбку. "Начал играть - играй до конца..." - нет, он не отступится. У них есть целая вечность, чтобы выяснить кто же на самом деле сильнее, кто на самом деле хозяин положения и Сиэль Фантомхайв, со всей ему присущей высокомерностью, всеми силами пытается доказать, что стоит далеко не два ломанных гроша.
Наверное, было смешно видеть, как он, вцепившись в бортики, пытался привыкнуть к холоду, который распростаняется по голове, стекает на голое тело, но через несколько секунд он просто беспомощно и легко опустил напряженные тонкие мальчишеские плечи и отпустил борта, погрузив руки снова в уже прохладную воду, он чуть посмеялся.
Что бы сделал он, когда все еще оставался графом Фантомхайвом? Вышвырнул бы его, заставил делать грязную и унизительную работу, обижался бы до потери сознания и пробуждения в демоне чувства вины. Но то был другой Фантомхайв, которого, видимо, Себастьян и хотел получить и все эти пытки маленького противного ребенка, наверняка, демону были сладкими.
" Ты или правда оглупел так, что тебя не узнать, или просто пытаешься доказать мне, что играть с тобой бесполезно. Ничего, я все равно настроен на игры, а моя воля для тебя и сейчас остается первостепенной." - С этими мыслями Фантомхайв встретился с глазами Себастьяна, все еще лукаво улыбаясь. Можно ли назвать проявление такой воли и усердия духовной силой или просто наивной хитростью?
- Господин... Если Вы хотите научиться целоваться - стоило попросить меня об этом - всегда рад помочь. За эти слова Сиэль сильно стукнул ладонью по воде, волна быстро нашла свою цель в лице Михаэлиса. Только лишь на секунду сдвинутяые брови Фантомхайва выдали его мимолетное замешательство.
- Надеюсь тебе понравилось целовать мертвеца. - Усмехнулся Сиэль, вставая в ванной. - Хватит, одень меня, ты мне кожу до красноты натер. Жаловаться, жаловаться, жаловаться, еще раз жаловаться - в этом весь Сиэль даже если от него прежнего остались лишь руины. Небрежно пройдясь по своим губам языком, Фантомхайв изображал острую озадаченность: - А вообще, могло бы быть и вкуснее, не находишь? Я думал ты запомнил мою любовь к сладкому... - Он смотрел снизу вверх на своего дворецкого взглядом говорящим об очень многом. Что же сам для себя Себастьян из этого взгляда вынесет, покажет только некоторое время...
Когда купание было закончено, а сам граф был укутан в простую рубашку, Сиэль сильно дернул Себастьян за рукав, призывая идти вместе с ним: - У меня появилась идея, идем. - Только легкое подергивание плечей выдавало немой смех чертенка. - Холодная вода, конечно, прекрасно... - Фантомхайв сильно хлопнул дверью ванны и небольшим усилием толкнул Михаэлиса к стене, отходя на несколько шагов. Улыбался мальчик, как настоящий дьяволенок... да... больше никак его не назвать. - Но я просил тебя нежнее... - Взяв с тумбы не заточенные ножи, он отошел к противоположной стене. - Теперь терпи, Себастьян. Раз нежность тебе не по нраву. Да... Фантомхайв однако любил играть в дартс, особенно по живым целям... Первыйц снаряд угодил прямо в область предплечья.
"Теперь моя очередь попить твоей кровушки."

0

15

офф|ххх

мало, и оно сожрет твой моск ':о

Only when I stop to think
About you, I know
Only when you stop to think
About me, do you know
(c) Three Days Grace

Игра, длинною в вечность, обещала быть интересной. Не только потому, что граф и дворецкий открывали себя все с новых и новых сторон. Главное - они еще не успели наскучить друг другу, а это означало, что будет весело. Но "весело" - это еще с чьей стороны посмотреть. И явно одно, сторона эта явно не принадлежит Фантомхайву. Причина проста: Себастьян не собирался играть роль тени за спиной этого ребенка далее, но и орать, кто на самом деле тут хозяин, Микаэлис не станет - характер не тот. Он только в очередной раз ехидно улыбнется какой-либо фразе своего господина или вставит двусмысленную фразу в свой ответ. И - понимай, как хочешь.
Вытерев капли с кожи Господина и одев того в ночную рубашку, он последовал за ним в комнату. Знаете, в чем минус вечности? Слишком много свободного времени. Люди тратят его на сон, на еду, на какие-то свои мелкие дела и семейные заботы, однако именно это составляет каждый их день. Когда каждая минута расписана - некогда скучать, и ты засыпаешь, зная что день прожит не зря. Контраст этому образу жизни составляет существование бессмертного. Ты не знаешь, куда себя деть, и удел твой - лишь наблюдение и поиск душ, с которыми не будет скучно заключить контракт. Вы думаете, души нужны лишь для корма? Вы глупец.
- А вообще, могло бы быть и вкуснее, не находишь? Я думал ты запомнил мою любовь к сладкому... - с некоторой издевкой заметил Сиэль, считая, вероятно, что слова эти заденут дворецкого... Но, увы, его ждало разочарование: каждое слово воспринималось с иронией и все той же вежливо-наглой улыбкой.
- Сладкое вредно для здоровья, Господин. - он мягко улыбнулся, следуя в комнату за своим хозяином, - Я ведь не в первый раз говорю Вам об этом... "И скажу еще не раз, пока Вы не поймете."

***
- У меня появилась идея, идем. Холодная вода, конечно, прекрасно... Но я просил тебя нежнее... - в этой маленькой голове всегда было много идей, и Себастьян знал, что далеко не все они мирного характера. Знал он так же и то, что его последний проступок с холодной водой просто так ему не простят, демона обязательно настигнет "кара". "Что ж, Господин, пожалуйста. Вы вольны делать так, как пожелаете. Я же не буду прекращать поддевать Вас - так и сживемся... Если сживемся."
Первый нож угодил точно в плечо. Больно, да. Но терпимо, бывало и не такое. Тем более, ускоренная регенерация демона и тысячелетия прожитой жизни не позволяют слишком сильно ощущать то, что люди называют одним коротким словом "боль". Карие глаза немного сощурились, губы изогнулись в подобии усмешки. Он не шелохнулся - живое чучело, подставка для ножей, неизвестно как оказавшихся в этой комнатушке. Улыбка Фантомхайва задевала, будила какие-то эмоции и инстинкты, которые, казалось, благополучно умерли еще век-другой назад. И эмоции эти были далеко не пацифистского характера - хотелось рвать, бить и шипеть от злости - не слишком привычно для Микаэлиса, не так ли?
Еще один нож воткнулся прямо рядом головой, отсекая пару волос с головы дворецкого. Уже и не внушало былой гордости то, что он научил дьяволенка такой меткости. В голове созрела безупречная схема, идеальный план. Если бы Сиэль вовремя заметил нездоровую искру, мелькнувшую в глубине черного матового зрачка, он непременно прекратил бы свое занятие.
Следующий нож был пойман между двумя тонкими пальцами, за пару миллиметров до того, как он достиг правого глаза демона.
Воздух стал сгущаться и темнеть.
- Нежнее.. - усмешка, чуть повертеть лезвие ножа между двух пальцев, после чего, без видимых усилий, сломать его и отбросить в сторону, - Что ж,Господин, раз это Ваша воля... - выдрать нож из плеча, не из-за боли, просто потому, что лезвие, проткнувшее мышцы, мешает двигаться; медленно сокращать расстояние, разделявшее его и мальчишку, расслабляя галстук на шее и сверля взглядом, в котором, вопреки словам, плескалась далеко не нежность, но ненависть и адское пламя - Я буду нежен. - а это уже медленно, словно смакуя, проводя тупым лезвием по щеке замершего чертенка и оставляя за собой красную кровоточащую дорожку.
Выкинув нож, демон взял лицо мальчишки в руки и медлительно, словно пытая, наклонился ближе, не разрывая взгляда, гипнотизируя движениями. Языком попробовав на вкус кровь, выступающую из царапины на щеке, плавно наклоняясь ближе к мочке уха.
- Игры закончились, Сиэль. - тихий шепот, простая констатация факта.
"Вам понравится"

+1

16

I will not die
I will survive
(с)

"Горячо, слишком горячо!" - Так близко Себастьян еще никогда не находился к графу. Так близко и так... интимно. Конечно, можно было бы принять за интим и все те процедуры, которые дворецкий проделывал каждое утро и вечер. Но в этот раз все не так.
Он впервые видел в его глазах нечто, что машинально заставляло его отступать назад с каждым шагом приближения Михаэлиса. Почему-то внутри все переворачивалось, какой-то немой страх и расстерянность брали верх над всеми другими чувствами и более демоненок не смог это в себе держать. На его лице ярко отражалась фрустрация, он просто не понимал, не мог усвоить все происходящее. Еще в мгновение назад Себастьян был всего лишь простой мишенью, а теперь мишенью стал он. Роли поменялись.
Он не заметил, в какой момент Себастьян стал совершенно другим, за этой секундой было невозможно уследить. Результат оказался очень странным и очень... приятным. Да. Сердце просто застыло в груди, оно не билось, ей Богу, а кровь застыла в жилах именно в тот момент, когда темные волосы демона коснулись нежной мальчишеской кожи лица. Телесная близсть будоражила дух, но и отторгала. Оттторгала, потому что он не привык к подобным близостям, он не знает, что нужно делать, он не знает, как нужно себя вести. А разум замолчал, вместе с сердцем.
Себастьян излучал власть над всем, что теперь будет происходить. Все это он терпел, теперь сломал палочку, которая стояла между ними, проводя границу дозволенного слуге и его хозяину. Теперь нет английских формальностей, нет английского пэрства, они два демона, пора бы понять это и усвоить, что долго играть с таким существом как Михаэлис и надеяться, что полностью контролируешь все, не выйдет.
Начиная со слов Себастьяна, он медленно понимал, что падает в небедомые пучины страха и стеснения.
"Что ты делаешь?" - Он не спосил это вслух, потому что ответ был бы ожидаем.
Я буду нежен. Ложь. В этих глазах слишком много противоречащих чувств, но бархатный голос, какое-то обжигающее дыхание, оно вернулось из того прошлого и смешалось во взгляде с настоящим. Та смесь о которой ты мечтал, Сиэль.
Когда демон уже был очень близко, когда хватало усилия, чтоб сломать твердую волю Фантомхайва, когда губы его как-то лаского касались мочки уха, а мурашки ползли по спине, Сиэль пытался собрать осколки собственного самолюбия и понял, что это бесполезно. В его взгялде был страх.
- Себастьян... - Осторожно выговорил он, понимая, что с ним не собираются шутит. Он машинально выставил ладонь, как-то совсем без упора приложил к груди в немом жесте не приближаться телом ближе. Но, кажется, этой игрой руководить будет уже не он.
- Игры закончились, Сиэль. - Румянец сам по себе сдавал все мысли графа, хотя тот и не слишком сейчас разменивался на рассуждения. Былаи лишь ситуация и доли секунд какого-то противоречия внутри, приятного, но до ужаса пугающего.
"Нельзя..." - голос разума тихий, не внушающий, проскальзувающий мимо. Соблазнитель слишком искусен.
- Ты не получил душу... - Фантомхайв выдавил из себя последние капли высокомерия. И они испарились в накаленной обстановке между демонами. - Решил, что у тебя получится получить тело? - Едва сверкнула в голубом глазе искра, как она тут же пропала.
Он прекрасно знал, к чему все это ведет... поэтому почувстсовал, как становится все меньше под мужчиной, как гордость его рассыпалась, словно бусы на мелкий бисер.
"Читай Себастьян. Мне страшно".
- Сладкое... вредно для здоровья? - И понимай как хочешь.

+1


Вы здесь » Kuroshitsuji: The story of two kings » Внесюжетный эпизод » After dark (NC-17)


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC